Сергей Тихонов
В феврале нефтегазовые доходы
бюджета России составили 432,3 млрд рублей. Это почти на 10% больше, чем в
январе, и на 44% меньше, чем годом ранее. При этом факт роста для многих стал
неожиданностью, европейские эксперты прогнозировали снижение доходов, хотя
"РГ" писала обратное.
Основной вклад в положительную динамику доходов внесла
нефтепереработка, а именно выплаты по демпферу (компенсация из бюджета, которая
выплачивается нефтяным компаниям за поставки топлива на внутренний рынок по
ценам ниже экспортных). Но когда экспортная стоимость топлива становится ниже,
чем внутренняя индикативная цена (определяемая правительством на каждый год),
то уже нефтяники должны заплатить в бюджет образовавшуюся разницу. Такое
произошло в январе. А поскольку выплаты за январь идут в феврале, то именно на
этот месяц пришлись выплаты по демпферу нефтяных компаний в бюджет. Они
составили 18,8 млрд рублей. А с учетом того, что нефтяники в январе (за
декабрь) получили выплаты из казны по демпферу - 16,9 млрд рублей, общий
положительный эффект от них для бюджета в феврале - 35,7 млрд рублей. Также
выросли налоговые платежи за добычу и экспорт газа, на 18 и 7,1 млрд рублей
соответственно.
С учетом ожидаемого дефицита бюджета главный вопрос - что будет с
нефтегазовыми доходами дальше? И здесь мы оказались зависимы от ситуации на
Ближнем Востоке. Война в Персидском заливе разгоняет мировые нефтяные
котировки, из-за чего российская нефть, несмотря на продажи с дисконтом,
дорожает, приближаясь к уровню 50 долларов за баррель (экспортного сорта
Urals). До 90% нефтегазовых доходов приносит бюджету добыча нефти. Расчет
делается с учетом стоимости барреля наших экспортных сортов: Urals (с
коэффициентом 0,75) и ESPO (0.25), и объемов добычи, в пересчете на рубли. В
декабре 2025 года, по данным Минэкономразвития, которые используются для
расчета налогов, средняя цена Urals была 39,18 доллара за баррель, в январе
этого года - 40,95 доллара. Статистики за февраль еще нет, но, видимо, с учетом
роста мировых цен российская нефть тоже подорожает.
Как заметил в беседе с "РГ" глава Фонда национальной
энергетической безопасности Константин Симонов, доходы, конечно, подрастут.
Рост стоимости нефти начался еще в феврале до войны в заливе, на ее ожидании.
То есть сейчас мы видим в статистике выплаты за январь, когда нефтяные
котировки росли только на событиях вокруг Венесуэлы и рисках обострения вокруг
Ирана. Доходы марта будут построены на февральских ценах, которые уже росли на
ожиданиях военной операции США против Ирана, и они выше январских. А в апреле
будут цены марта, пока самые высокие после начала военного конфликта и
перекрытия Ормузского пролива, через который проходит треть мировой торговли
нефтью.
К этому стоит добавить, что в марте и апреле будут производиться
квартальные выплаты по второму по значимости в нефтяной отрасли налогу на
дополнительный доход (НДД) за четвертый квартал 2025 года и первый квартал
этого года соответственно. В октябре прошлого года он принес в казну 327,8 млрд
рублей. Поэтому в денежном выражении нефтегазовые доходы бюджета в марте и
апреле будут, скорее всего, значительно выше, чем в январе и феврале.
По мнению генерального директора компании "ДА-Консалтинг"
Даниила Тюня, февральские результаты при недоборе запланированных Минфином
дополнительных нефтегазовых доходов в 153,2 млрд рублей - это результат
высокого дисконта на российскую нефть, сильного рубля и трений в экспорте. Рост
к январю есть, но это пока не разворот, а колебание на низкой базе.
В марте эксперт не ждет сильного роста. Февраль - это был еще месяц,
когда рынок жил с максимально неприятными для нас дисконтом и логистикой. По
его оценке, рост (если он случится) поступлений из нефтянки по основному
отраслевому налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ) в марте возможен до 7%.
А вот апрельская статистика (платежи за март), уже может выглядеть заметно
лучше - именно из-за Ближнего Востока. Конфликт добавляет риск-премию к Brent,
а Азия активнее смотрит на российские баррели, хотя дисконт на них пока
держится около 25-26 долларов с барреля. Если март пройдет при цене Brent 83-90
долларов, то средняя стоимость Urals может оказаться в диапазоне 57-65 долларов
за баррель. Это уже на десятки процентов выше зимних уровней, а значит будет
сильный эффект на совокупные нефтегазовые доходы. Эксперт делает прогноз, что
нефтегазовые поступления в бюджет в апреле вырастут до 520-650 млрд рублей (без
учета НДД). Но это случится при условии, что экспорт "не сломают"
новыми ограничениями, а рубль не будет укрепляться, уточняет Тюнь.
Что касается НДД, то, по оценке эксперта, будет заметная разница между
четвертым кварталом 2025 и первым кварталом 2026 в худшую сторону. В начале
2026 года было расширение дисконта и более крепкий рубль, то есть давление на
"чистую" цену нефти в рублях. Поэтому приход по НДД в апреле будет
ниже, чем в марте. Впрочем, ситуация может еще измениться, если мартовские цены
удержатся на высоком уровне, а экспортная логистика не ухудшится.
Симонов также не исключает новых санкций против российской нефти, но
только после окончания конфликта с Ираном. Он полагает, что военные действия не
продлятся долго, поэтому России нужно пользоваться сейчас сложившимся окном
возможностей. Если после конфликта Иран будет послушным воле США, то американцы
будут контролировать изрядную долю торговли нефтью. Сейчас они получили рост
цен на нефть, что увеличило инвестиционную привлекательность их сланцевых
проектов, но осенью промежуточные выборы в Конгресс. К этому моменту
действующему президенту США Дональду Трампу уже будут нужны низкие котировки
барреля, чтобы радовать американцев дешевым бензином. А значит, времени у нас
не так много, отмечает Симонов.
Эксперт также отмечает, что сейчас в плюс нам идет рост
востребованности российской нефти на мировом рынке из-за перебоев с поставками
с Ближнего Востока. И этот спрос играет на снижение дисконта на нашу нефть.
Если раньше Китай выбивал у нас дополнительную скидку, покупая нефть, от
которой отказывались индийцы, то теперь складывается рынок продавца, и уже мы
можем выбивать себе более выгодные условия поставок, поясняет эксперт.