Александр Фролов
В некоторых регионах на
заправки выстраиваются очереди из десятков машин на одну колонку, люди на
всякий случай прихватывают с собой канистры, а в воздухе висит тревога: вдруг
топлива не хватит. Однако все эти очереди на АЗС связаны уже не с дефицитом
топлива, а со сложностями его доставки: нехваткой бензовозов, проблемами
перевозки и ажиотажным спросом, а где-то и «серым» перетоком — попытками
выкупать топливо с последующей перепродажей по завышенным ценам. Чтобы
исправить ситуацию, необходимо оптимизировать графики плановых ремонтов НПЗ,
ускорить устранение неисправностей, оптимизировать парк бензовозов и, конечно
же, усилить пассивную защиту предприятий от террористических атак противника,
считает аналитик топливного рынка Александр Фролов. В своей статье для
«Известий» заместитель гендиректора Института национальной энергетики, главный
редактор «ИнфоТЭК» попытался объяснить, что сегодня происходит в этой сфере
российской экономики и как нам всем пережить этот непростой период.
Что происходит на рынке
Чуть более 35% автозаправочных
станций в нашей стране принадлежат нефтяным компаниям, немногим более 60%
относятся к независимому сегменту, а остальные работают по франшизе. При этом
через АЗС нефтяников реализуется порядка двух третей всех моторных топлив. В
среднем одна станция продает за сутки 7 т нефтепродуктов.
Большинство легковых автомобилей
в России — бензиновые. Еще 10 лет назад в структуре продаж доминировал АИ-92,
но за последние годы 95-й нагнал конкурента, и сейчас они реализуются на заправках
в равной пропорции. Совсем небольшую долю рынка занимает АИ-98 и выше (порядка
1–2%).
В обычное время российские НПЗ
производят на 10–12% больше автобензинов, чем требуется внутреннему рынку. По
дизельному топливу профицит еще внушительнее — порядка 70–100%.
Моторное топливо — сезонный
товар. Пик спроса приходится на период отпусков. Средний уровень реализации на
заправке меняется в течение года. Также может колебаться и средний объем
топлива, который покупает автомобилист. Как правило, за раз приобретается
порядка 20–30 литров. Разумеется, это не универсальный показатель, который
годится для любого потребителя в любом регионе в любое время года. Это средняя
величина. Но без понимания средних показателей многие принимающиеся сейчас
решения будут выглядеть необъяснимо.
Внеплановые ремонты НПЗ
За последнее время часть
мощностей на российских НПЗ была вынуждена уйти на внеплановые ремонты. Это не
означает, что останавливается целое предприятие — ремонт может требоваться
одной-двум установкам. Но проблема в том, что некоторые из них, к примеру,
помогают сокращать содержание серы в товарном бензине. Доля серы — один из
показателей, по которым определяется экологический класс топлива. А на наших
АЗС уже десять лет как нельзя реализовывать бензин и дизель, не соответствующие
Евро-5. Кроме того, топливо более низкого экологического класса облагается
повышенным акцизом.
Представим ситуацию, что
внеплановый ремонт не позволяет вашему заводу в данный момент производить
топливо, по всем параметрам соответствующее Евро-5. Значит, вы прекращаете
поставки на внутренний рынок или будете переплачивать акциз? Нет, государство
учитывает текущие сложности и вводит временные послабления по характеристикам
топлива. Главное, чтобы оно направлялось на рынок, пока устраняются
неисправности на предприятии.
Разумеется, для конечного
потребителя это звучит не как временная мера, которая позволит в непростой
ситуации стабилизировать производство, а как повод побеспокоиться. В данном
случае — о влиянии топлива более низкого экологического класса (Евро-3) на
автомобиль. Каких-либо значимых проблем быть не должно, но если потребитель
сомневается в качестве, у него есть право потребовать паспорт реализуемой в
данный момент на АЗС партии, из которого можно узнать основные характеристики
продукта.
Дефицит и ажиотажный спрос
Конечно, у потребителя есть и
другие поводы для беспокойства — цены, очереди, призрак дефицита. И отдельное
раздражение у автомобилистов вызывает термин «ажиотажный спрос», под которым,
как им кажется, пытаются скрыть банальную нехватку продукта.
Чем отличается дефицит от
ажиотажного спроса? С точки зрения человека, который видит очереди на заправках
и тревожится из-за цен, ничем. В действительности разница огромная. Дефицит —
это невозможность удовлетворить средний спрос на топливо, характерный для
данного времени года. Ажиотажный спрос — это резкое превышение среднего
показателя без объективных причин.
Центральный федеральный округ —
главный потребитель моторных топлив в стране (по данным «ОМТ-Консалт», не менее
18% совокупного спроса). Основной потребитель в ЦФО — столичный регион. Когда
на внеплановый ремонт встали мощности, которые обеспечивали до 40% потребностей
Москвы и области, встал вопрос о перенаправлении потоков с других заводов. А в
тот момент, когда начала перестраиваться логистика, потребители отправились
делать запасы, что еще больше усложнило ситуацию, так как спрос начал
существенно превышать сезонную норму. Ведь многие заправлялись не на привычную
сумму или объем, а больше, и, кроме того, некоторые автомобилисты прихватили с
собой емкости. Таким образом выросло количество автомобилей на колонку, средний
уровень спроса и время заправки.
Было бы абсурдно утверждать, что
проблем с поставками нет, но если бы средний уровень спроса соответствовал
сезонной норме, то логистику перестроить было бы гораздо проще. И это не
означает, что во всем виноват потребитель. Это означает, что поведение некоторых
водителей усложняет перестройку транспортных потоков.
Главная проблема внутреннего
рынка
Логистика на данный момент —
основная проблема внутреннего рынка моторных топлив. Дело не только в том, что
нужно перебросить необходимые объемы бензина и дизеля в регионы, которые не
могут получать продукцию с привычных предприятий. Но и в том, что, решая эту
задачу, нельзя оголить другие сегменты внутреннего рынка.
Один из инструментов, которые
позволяют успешно перераспределять потоки, — нормирование отпуска моторных
топлив. Притом в большинстве регионов оно идет либо по среднему уровню
сезонного спроса, либо выше него.
Разумеется, есть Крым, где
бензина объективно не хватает, и доставка туда в данный момент крайне усложнена.
Но в большинстве регионов предельный объем, который могут продать, служит лишь
для большей предсказуемости. Поставщик понимает, сколько и куда нужно доставить
автобензинов и дизеля.
Одновременно идет борьба с
«серым» перетоком, то есть с попытками выкупить большие партии топлива прямо на
заправке, а потом продать его по более высоким ценам. Стоимость литра АИ-95 у
таких перепродавцов достигал 360 рублей. Абсурдная цена, но если подогревать
панические настроения, то желающие найдутся.
Даже когда в регионе есть
заправка нефтяной компании, которые в рамках договоренностей с правительством
ограничены в повышении розничных цен уровнем годовой инфляции. Потому на таких
АЗС формируются основные очереди. В то же время у независимых сетей, которые
продают бензин на 15–20 рублей за литр дороже, такого ажиотажа нет.
Но настройка транспортных потоков
не отменяет необходимости пересмотреть графики плановых ремонтов НПЗ, ускорить
(по возможности) устранение внезапно возникших неисправностей. Также стоит
оптимизировать парк бензовозов, так, чтобы свободные мощности можно было
использовать для поставок с альтернативных направлений. О их нехватке говорили
губернаторы некоторых регионов, в частности Ивановской и Липецкой областей.
Нефтеперерабатывающим заводам
стоит усилить пассивную защиту с учетом негативного опыта (которым стоит
обмениваться с коллегами по цеху), а также искать новые инструменты из области
активной защиты. Во всяком случае в тех регионах и населенных пунктах, где их
использование возможно и приемлемо.