Ксения Макушникова
В последнее время на мировом энергетическом рынке разворачивается
масштабный процесс стремительной «перестройки». Блокировка Ормузского пролива
нарушила работу ключевого маршрута, через который проходит до 20% мировых
поставок нефти. Это событие не только спровоцировало глобальный дефицит
энергоносителей, но и запустило борьбу поставщиков за одного из основных
мировых потребителей импортных энергоресурсов — Европу. По каким причинам
многие страны хотят контролировать рынок ЕС и к чему это приведет в будущем — в
материале «Известий».
Кому война, а кому финансовая стратегия
Пока информационная повестка
сосредоточена вокруг разблокировки Ормузского пролива и деэскалации конфликта в
Иране, некоторые страны разрабатывают собственные стратегии, чтобы изменить
географию рынка энергоносителей.
Текущий кризис энергоресурсов,
причиной которого стала остановка судоходства в проливе, превосходит по
масштабам события прошлого — 1973 год, ознаменовавшийся четырехкратным ростом
цен на топливо, вторжение Ирака в Кувейт или военную операцию против режима
Саддама Хусейна, поднявшую стоимость нефти до $147 за баррель в 2008 году. Если
тогда речь шла о выпадении 4–6% поставок, то сегодня это все 20%, идущие через
Ормуз.
С начала войны в Иране Персидский
залив превратился из мирового нефтяного хаба в ограниченную систему. В
частности, Саудовская Аравия поддерживает часть экспорта через Красное море,
ОАЭ используют обходной маршрут через Фуджейру, а Ирак, утрачивая позиции
значимого поставщика, стремится сохранить поставки по трубопроводу Киркук –
Джейхан, который идет в Турцию. В результате для рынка это оборачивается не
только снижением предложения, но и дефицитом отдельных востребованных сортов
нефти.
В свете последних событий
возникли предположения, что Европа столкнется с необходимостью нормировать
продажу бензина, дизельного топлива и другого горючего. Об этом изданию
Guardian рассказал глава нефтяной компании Shell Ваэль Саван во время
конференции в Техасе. «Южная Азия первой ощутила этот удар. Теперь дошло до
Юго-Восточной Азии, Северо-Восточной Азии, а в апреле доберется и до Европы», —
заявил топ-менеджер.
Несмотря на то, что страны Европы
импортируют мало энергоносителей из стран Ближнего Востока (основным
поставщиком нефти и газа выступают США), для Евросоюза настали тяжелые времена.
Некоторые политики опасаются, что нынешний энергетический коллапс перейдет в
финансовую сферу. «Чиновники ЕС призывают правительства избегать чрезмерных мер
поддержки, предупреждая, что (энергетическое. — «Известия») потрясение, может
перерасти в налогово-бюджетный кризис», — говорится в материале Financial
Times.
В этой связи ЕС решила помочь
Турция — стратегический партнер и союзник для большинства стран Европы по НАТО.
Анкара разработала пять альтернативных маршрутов поставок нефти и газа в обход
Ормузского пролива, сообщила газета Türkiye Gazetesi со ссылкой на министерство
торговли республики.
«Наше правительство прилагает
большие усилия для открытия маршрутов, альтернативных Ормузскому проливу,
которые являются важными вариантами для производителей и потребителей, прежде
всего в кризисные времена», — написало издание, сославшись на слова министра
торговли Турции Омера Болата.
Среди предложенных вариантов
обхода Ормузского пролива: сухопутные поставки через Ирак и Сирию,
комбинированный коридор Суэцкий канал – Красное море – Иордания – Саудовская
Аравия, а также транспортировка посредством порта Омана в ОАЭ и другие страны
региона. Дополнительно речь идет о маршруте через мыс Доброй Надежды, но этот
вариант увеличивает сроки доставки энергоресурсов на 10–15 дней, что повышает
расходы перевозчиков.
Похожую схему Турция реализовала
еще в 2014–2016 годах: тогда нефть из Сирии и Ирака доставлялась сухопутными
маршрутами, после чего «очищалась» благодаря смешиванию с легальными потоками,
в том числе по линии Баку – Тбилиси – Джейхан. Однако в ноябре 2015 самолеты
Воздушно-космических сил России за пять дней уничтожили в Сирии более 1 тыс.
бензовозов, которые везли сырую нефть на заводы, подконтрольные ИГ (запрещенная
в РФ террористическая организация). Тогда Москва заявила, что в незаконной
добыче и транспортировке нефтяных потоков замешано высшее руководство республики
и лично президент Реджеп Тайип Эрдоган.
Ирак тоже решил найти выход из
ситуации и начал поставлять мазут через Сирию. Министерство нефти республики
заявило о намерении наращивать экспорт для увеличения доходов и поддержки
экономики. До начала конфликта Ирак добывал около 4,35 млн баррелей в сутки,
экспортируя примерно 3,4 млн баррелей, но эскалация на Ближнем Востоке сильно
ударила по показателям.
Стоит отметить, что путь через
Сирию — не единственный маршрут: Багдад возобновил перекачку нефти из южной
провинции Басра в турецкий порт Джейхан. Теперь общий объем сырья, которое
будет транспортироваться из Ирака в Турцию увеличится до 340 тыс. баррелей в
сутки.
Маленький союз с большим кошельком
Среди крупнейших мировых акторов
международных отношений давно идет борьба за контроль над европейским рынком.
ЕС одновременно богат и беден — у стран есть деньги и спрос на товары и услуги,
но нет ресурсов, которые позволили бы закрыть потребности. Поэтому в
политическом процессе участвуют как крупные игроки — Россия, США, Китай, Индия,
— так и страны поменьше — Турция, Великобритания, Япония и другие государства.
Например, для Китая Европа — это
большой рынок сбыта редкоземельных металлов и других товаров. За 2025 год объем
торговли КНР и ЕС вырос на 5,4%, до приблизительно $830 млрд.
Соединенные Штаты также считаются
ключевым игроком на европейском рынке. Америка поставляет странам союза не
только энергоносители, но и продукцию военно-промышленного комплекса, а также
содержит свои военные базы в разных странах ЕС. Но несмотря на очевидные
преимущества, американцы не способны всецело контролировать европейский рынок и
влиять на него, уверен политолог-американист Малек Дудаков.
— США экспортируют порядка 4 млн
баррелей нефти в сутки, а закупают с внешних рынков около 8–9 млн. Плюс часть
энергоресурсов они поставляют в страны Азии: Японию, Южную Корею и так далее.
Они технически не способны целиком заместить потребности Европы в нефтепродуктах.
Поэтому в ближайшие 10 лет мы увидим сокращение добычи нефти и газа в США и
поставок на внешние рынки. Американцы будут заниматься этим до тех пор, пока
смогут зарабатывать, — объяснил эксперт.
Еще одна страна, которая в силу
географических и энергетических факторов заинтересована во влиянии на
происходящее в ЕС — Турция. Для Анкары это не только вопрос денег, но и
статуса, политического веса и права участвовать в принятии решений далеко за
пределами собственных границ.
Турецкая схема, как рассказал
«Известиям» эксперт по Ближнему Востоку Дмитрий Бридже, работает следующим
образом: кто контролирует маршруты поставок, тот влияет на цену
энергоносителей, переговоры по санкциям, безопасности, инфраструктуре и даже
архитектуре ЕС. Стоит отметить, что после прекращения украинского транзита
именно Анкара стала единственным маршрутом поставок российского трубопроводного
газа через «Турецкий поток».
— Турция способна стать одним из
ключевых энергетических центров Европы, но не монопольным хозяином рынка. Она
может встроиться в европейскую энергобезопасность как незаменимый посредник,
торговый транзитный узел, южноэнергетический шлюз, но удержать влияние она
сможет лишь в том случае, если будет восприниматься ЕС не как обходной путь для
российского газа, а как платформа диверсификации, — уточнил собеседник
редакции.
Однако экономические проблемы
Турции — инфляция, падение уровня жизни — делают ее особенно чувствительной к
внешнему давлению, ведь любой удар по логистике страны автоматически активирует
внутренний кризис. Эксперты считают, что по этой причине за Анкарой стоит более
сильный игрок и союзник по Североатлантическому альянсу — Лондон. Ситуация для
решения личных проблем Великобритании складывается удачная: нынешний кризис
отношений ЕС и США, а также война в Иране позволяют Лондону частично взять
контроль над Европой в свои руки. Однако удастся ли удержать это влияние —
вопрос другой.
— Сейчас, когда американцы
силовым путем пытаются трансформировать свои отношения и с ЕС, и с НАТО, Лондон
воспринимает это как шанс, чтобы усилить влияние на континент. С одной стороны,
это возможно, с другой — Великобритания не сумеет удовлетворить ни один из
запросов ЕС ни по финансам, ни по энергии. Она не в состоянии занять это место
в качестве монополиста, но может просто увеличить влияние в силу того, что
пространство для маневра у них появилось, — поделился с «Известиями» мнением
международный обозреватель Андрей Кузмак.
Таким образом, сейчас многие
страны занимаются перераспределением контроля над энергией, а значит — и над
Европой. В этой многоуровневой политической игре любая попытка создать
альтернативу США автоматически превращается в точку удара. Американцы вряд ли
позволят Турции, Великобритании или любой другой стране пошатнуть свое влияние в
ЕС.
Однако если Соединенные Штаты
действительно начнут сокращать добычу, контроль, вероятно, будет
перераспределен между несколькими ведущими странами или отдан единичному
сильному игроку.